Для пользователей


Уже работаете с нами?

войти   Регистрация Напомнить пароль

ГлавнаяЖурнал КалугахаусОсенние новости (№10) — Немонументальная пропаганда хорошего настроения

Немонументальная пропаганда хорошего настроения

Разница между классическим советским и современным российским подходами к скульптуре в Калуге очень ярко видна на примере двух Циолковских — на сквере Мира и на Театральной улице. О городской скульптуре мы поговорили с автором того Константина Эдуардовича, который на велосипеде — скульптором Светланой Фарниевой.

7 ноября 1918 года, к первой годовщине революции, на улицах и площадях Москвы было открыто 12 новых памятников. Так началась реализация ленинского плана монументальной пропаганды — особой стратегии развития монументального искусства в качестве идеологического орудия. Таким образом, советская скульптурная школа во многом формировалась именно под влиянием этой установки. Но государство изменилось, и новой стране понадобился другой тип скульптуры. И, по мнению Светланы Фарниевой, эти изменения вполне вписываются в классические марксистские представления об экономическом базисе и культурной надстройке:

 — Раньше скульптура в городах была очень монументальной и требовала больших вложений, поскольку, как правило, выполнялась из довольно дорогих материалов, таких как гранит или бронза. Цена очень сильно зависит от размера скульптуры — буквально один лишний килограмм может существенно увеличить расходы. И это становится особенно заметно в периоды кризисов. При этом в Европе, да и во многих городах России уже давно открыли особый вид жанровой скульптуры, которая сошла с постаментов и сделала шаг к людям. Ведь советская монументальная скульптура создавалась с учетом расстояния, с которого зритель должен будет ее воспринимать, поэтому перед ними обычно ставились какие-то клумбы или разбивались газоны, чтобы невозможно было это заложенное расстояние преодолеть. А здесь скульптура оказывается соразмерна человеку, вписывается в городскую среду, к ней можно подойти вплотную. И главное, стоимость отливки стала существенно ниже. 

— А кто обычно выступает в роли заказчика? Это какие-то коммерческие организации?

— Нет. На моем веку только один раз инициатива исходила от банка. Это была скульптура ветерана на аллее, ведущей к Площади Победы. А так гораздо чаще работу предлагают какие-нибудь инициативные люди. Например, директор нашего драматического театра Александр Анатольевич Кривовичев, который много поездил по России и Европе, посмотрел, как живут люди в других странах и городах и захотел растормошить нашу культурную среду. Вообще, он, можно сказать, открыл для Калуги жанровую городскую скульптуру, ведь все началось с его идеи поставить памятник театралке, ищущей лишний билет. Памятник матери — тоже его проект. При этом Александр Анатольевич сам ищет спонсоров.

— Есть ли у вас нереализованные проекты?

— Да, есть. Например, сейчас зависла наша с Кривовичевым идея памятника поцелую. Там спонсорам не понравилось место, а нового пока так и не нашли. Дело в том, что эта скульптура задумывалась как место встречи влюбленных. Соответственно, у памятника должно быть какое-то камерное окружение, рядом должна быть скамейка. Подходящего места пока найти не удалось. А между тем цена растет — работы начались два года назад, за это время сумма поменялась, так что я боюсь, что мы можем так его и не открыть. Еще один пример — так называемый памятник плиточнику на Театральной, который на самом деле создавался как памятник каменщику.  Когда улицу Театральную реконструировали и был найден фрагмент старой мостовой, возникла идея такой скульптуры. Я даже начала ее лепить, делать эскизы. Но, как говорится, «гладко было на бумаге, да забыли про овраги». Стало понятно, что согнутая фигура каменщика за работой не будет смотреться, а ночью об нее вообще можно споткнуться. Я попробовала внести какие-то изменения, сделать другую позу, но в итоге проект как-то заглох. Ну а все остальное было реализовано. 


— Расскажите, как формируется заказ на конкретную скульптуру?

— Обычно задается какая-то тема, а вид самой скульптуры во многом зависит от места. Могу привести в качестве примера работу над памятником матери на Правом берегу. Там большой сквер между двумя высокими домами, и чтобы памятник не потерялся в этой среде, его нужно было сделать либо очень большим, либо создавать какое-то камерное пространство для него самого.  Первый вариант отпал по финансовым соображениям — люди сами собирали деньги искали спонсоров, и бюджет был невелик. В итоге было решено сделать там арку, чтобы обыграть эту пустоту, и тема стала развиваться в этом контексте — какая это должна быть арка: размер, форма, как она будет сочетаться с самой фигурой... Так что место решает очень много, ведь городская скульптура должна быть грамотно вписана в среду.

— А как чаще бывает — заказывают скульптуру под определенное пространство или место подыскивается постфактум под уже готовый проект?

— Конечно, для скульптора необходимо знать, где конкретно будет находиться его работа. Но в последнее время все чаще почему-то бывает по-другому — делаешь для одного места, а скульптура оказывается совершенно в другом. Так произошло с золотой рыбкой — она задумывалась для другого фонтана, а воды там должно было быть всего 15 миллиметров, теперь же часть фигуры оказалась затопленной, а сама композиция нарушилась. Кстати, созданная к эстафете олимпийского огня скульптура факелоносца тоже планировалась для совершенно другого места, она должна была появиться возле Детского мира. А когда все уже было готово, вдруг выяснилось, что факелоносец будет стоять около дома Шамиля. В последний момент пришлось звонить каменщикам, чтобы они хотя бы подняли плиту, потому что из-за смены пространства нарушился масштаб. Ведь одно дело создавать что-то для небольшого сквера, а совсем другое — для площади. Для скульптуры эта разница очень важна.

— Какие требуются согласования для того, чтобы установить в городе скульптуру?

— Прежде всего, работа выносится на архитектурный совет.  Так, памятник ветерану изначально планировалось установить на одной из скамеек на Площади Победы, чтобы создавалось впечатление, что он смотрит на вечный огонь.  Но на архитектурном совете все запротестовали — только не там! Сказали, что Площадь Победы — самостоятельный и уже сформировавшийся комплекс, и что там ничего нового ставить нельзя. И хорошо, что в итоге нашлось место рядом, и концепция не сильно нарушилась. Сейчас я думаю, что нынешнее его место даже более выиграшно, потому что на самой площади он бы потерялся.

— Сейчас заканчивается строительство дома на улице Кирова, рядом со Сбербанком. На фасаде этого здания запланирована небольшая скульптура. Как вы считаете, возможно ли возвращение моды на фасадную скульптуру?

— Почему бы и нет? Там, где не действуют законы монументалистики, возможна полная свобода творчества. Но в этом случае необходим стилистический синтез скульптуры и архитектуры. Если на классический фасад нацепить какую-то ультрасовременную работу, то скорее всего она будет там смотреться чужеродно. Хотя теоретически и такое возможно, если есть задумка поиграть на контрастах.

— Сейчас калужская городская скульптура в основном сконцентрирована в историческом центре. На ваш взгляд, есть ли у нее будущее в районах города?

— А сейчас скульптура уже появляется в районах, некоторые местные общины этим занимаются. Но все-таки именно центр для большинства калужан и приезжих является местом, где они проводят досуг. К тому же здесь есть много исторических мест, а улицы в центре зачастую носят имена великих людей, поэтому многие памятники логичнее ставить здесь. А в районах люди живут, и у них там хватает своих проблем и без скульптуры. Мне кажется, что сначала там нужно благоустраивать территории — разбивать парки и скверы, а уже там возможна и скульптура. 

— Кому на ваш взгляд сегодня не хватает памятника в Калуге?

— Не знаю, трудно сказать... Вот недавно мы открыли памятник Святославу Федорову. Инициатором здесь выступила сама больница. Главврач МНТК, ученик Федорова, можно сказать, вел этот проект, поскольку ему очень хотелось запечатлеть этот образ, передать энергию своего учителя. Что касается других личностей, то я думаю, что у нас можно было бы поставить памятник Булату Окуджаве. Ставят же в некоторых городах памятники Джону Леннону, хотя он там и ни разу не был. А Окуджава в Калуге учительствовал, да и вообще он знаковая фигура для целого поколения.  Был в свое время еще один интересный проект — там, где сейчас находится памятник Чижевскому, Голышев хотел поставить скульптуру в честь архитектора Никитина, спроектировавшего здание бывшей мужской гимназии. Кроме того, Гостиные ряды и каменный мост — тоже его работы. В лице Никитина это должен был быть памятник всем архитекторам, работавшим в Калуге. Мне кажется, что это была хорошая идея, и к ней стоит вернуться.

— В Генеральном плане города на Правом берегу отмечено место, которое должно превратиться в площадь 650- летия Калуги. Композиционным центром площадей зачастую становятся именно скульптуры — достаточно вспомнить сквер Мира с ракетой, площадку вокруг Шарика или Площадь Победы. А что по-вашему могло бы стать композиционным центром для новой площади?

— Я считаю, что это должно быть что-то символическое, необязательно даже скульптура. Скорее, это может быть даже архитектурная разработка. Есть такой интересный тарусско-московский художник Андрей Волков, он создает свои произведения из сварного металла. Его очень хотел привлечь Голышев для работы в Калуге, вот, возможно, у него получилось бы что-то интересное. А вообще, 650 лет — это совсем новое время, и хотелось бы как-то это отразить, увидеть там что-то очень современное.


Поделиться ссылкой:

Опрос

Планируете ли вы покупку квартиры в ближайшие 6 месяцев?

Планирую купить квартиру в новостройке

Планирую купить квартиру с ремонтом

Планирую продать свою и купить получше

Не планирую, уже все купил

Не планирую, нет финансов

Результаты опроса Все опросы

Новости

Все новости